Загружаю аккаунт…
Лирический герой утверждает, что больше не упрекает возлюбленную, но в его голосе остаются одновременно боль и сострадание.
Читать дальшеНавек погибшая, роптать — не мне!
Я не ропщу, — пусть сердце и в огне:
Навек погибшая, роптать — не мне!
Как ни сияй в алмазах для очей,
А ни луча во мгле души твоей.
Я это знал: ведь ты же снилась мне!
Я видел ночь души твоей на дне,
И видел змей в груди твоей больной,
И видел, как несчастна ты, друг мой.
Викитека (указанная редакция), 2026-10-18; сканы печатных изданий не сверены · Викитека ↗
Лирический герой утверждает, что больше не упрекает возлюбленную, но в его голосе остаются одновременно боль и сострадание. Блеск алмазов противопоставлен внутренней темноте, а сон превращается в способ увидеть невидимое. Фет переводит Гейне так, что внешняя сдержанность звучит на грани отчаяния.
Генрих Гейне · перевод А. А. Фета.
Лирический герой утверждает, что больше не упрекает возлюбленную, но в его голосе остаются одновременно боль и сострадание. Блеск алмазов противопоставлен внутренней темноте, а сон превращается в способ увидеть невидимое. Фет переводит Гейне так, что внешняя сдержанность звучит на грани отчаяния. Стихотворение позволяет показать читателям другую грань любовной лирики поэта — драматический диалог с европейской романтической традицией.
