Загружаю аккаунт…
Морской пейзаж у Фета действует как живое существо.
Читать дальшеТо прянет, то отхлынет прочь.
Свежеет ветер, меркнет ночь,
А море злей и злей бурлит,
И пена плещет на гранит —
То прянет, то отхлынет прочь.
Всё раздражительней бурун;
Его шипучая волна
Так тяжела и так плотна,
Как будто в берег бьет чугун.
Как будто бог морской сейчас,
Всесилен и неумолим,
Трезубцем пригрозя своим,
Готов воскликнуть: «Вот я вас!»
Викитека: страница стихотворения из первого выпуска «Вечерних огней» (1883); редакция страницы может опираться на позднейшие сборники · Викитека ↗
Морской пейзаж у Фета действует как живое существо. Волна набирает вес, пена бросается на камни, ветер разгоняет темноту; привычное созерцание природы сменяется ощущением опасной физической силы. Звук тяжёлого чугуна заставляет буквально услышать удар прибоя. В финале появляется морское божество с трезубцем — не как сюжетная фигура античного мифа, а как образ неукротимой стихии.
Морской пейзаж у Фета действует как живое существо. Волна набирает вес, пена бросается на камни, ветер разгоняет темноту; привычное созерцание природы сменяется ощущением опасной физической силы. Звук тяжёлого чугуна заставляет буквально услышать удар прибоя. В финале появляется морское божество с трезубцем — не как сюжетная фигура античного мифа, а как образ неукротимой стихии. Эта короткая вещь хорошо соседствует с «После бури»: вместе они показывают перемену одного пейзажа и человеческого взгляда на него.
